Dee-Williams-current-Kozy-Kabin-house-loft

Глава 1. Достаточно счастлива! Часть 4.

Достаточно счастлива! Часть 1

Достаточно счастлива! Часть 2

Достаточно счастлива! Часть 3

Перевод книги «The big TINY»(Большой крошечный) мемуары самостоятельного строительства крошечного дома на колесах автор: DEE WILLIAMS

У меня  много свободного времени, и я выбираю, что мне дальше делать: помогать строить другие маленькие дома друзьям, заботиться о престарелом соседе или бездумно смотреть, как облака превращаются то в округлых животных, то в верхушки брокколи.

Другой день я провела несколько часов, помогая своим друзьям закрывать квашеную капусту, мы засовывали её резко пахнущую в маленькие банки, болтая о местной политике. До этого я собирала фрукты, чтобы отвезти их через весь город в качестве пожертвования в церковь.  Затем я взяла собаку и пошла вдоль старой железнодорожной эстакады, которая принадлежала раньше дробильному заводу, но сейчас стоит полуразрушенная, поросшая ежевикой и венечным ракитником.

Она возвышается такая прекрасная, облюбованная цаплями, выдрами, лососями и морскими котиками; ошеломляющая, несмотря на тележки для покупок, утопленные детьми в грязи, и желтый предупреждающий знак о зараженных моллюсках.

Это отличное время неспешно гулять или делать, что я пожелаю; все бросить и помочь соседу построить курятник, или подпрыгивать, играя в спонтанную игру Пиклбол (это тот же теннис, только с облегченными мечами и ракетками. Мяч подается только снизу) на заднем дворе.

Через год или около того, как я стала жить в своем доме, я показала его на ярмарке эко-строительства. Туда приехали такие крупные поставщики, как Центр восстановления (ReBuilding Center) и Среда обитания человечества (Habitat for Humanity), а также местные домовладельцы, установившие в своих домах солнечные электрические системы, переработанные еловые полы и энерго-эффективные окна.

Хотя в моем доме не было навороченных систем, я посчитала, что полезно, если люди увидят, каким прекрасным может быть восстановленный кедровый сайдинг, и как восхитительна, моя дверь, которую я нашла на мусорной свалке.

На ярмарке я встретила учителя, который решил, что не плохо было бы показать своим ученикам мой дом. Вот так спустя несколько месяцев я принимала у себя 64 четвероклассника.  Они изучали глобальное потепление климата, и задали мне ряд важных вопросов. Например, куда я хожу в туалет «по-большому», где ванна, и почему бы не сделать гигантскую рогатину, чтобы закидывать собаку на полуторный этаж, вместо того, чтобы заносить её.

Они интересовались, счастлива ли я без телевизора, без водопровода и без пространства для «мужа» (кто бы он ни был). Я воскликнула «черт возьми, да!» и затем предложила всем вместе войти в домик.

«Новое международное, межгалактическое, хотите, верьте, хотите, нет, сенсационное известие, рекорд достойный книги Гиннеса, — прокричала я.

И все 64 человека ринулись к дому, набились в туалете, повисли на кухонном столе, вломились на спальный этаж, и вжались друг в друга в гостиной, словно огурцы в банке. Все хихикали, и, на мой взгляд, это был прекрасный обучающий момент, показывающий, что даже крошечное, может оказаться достаточно большим.

Любой, злой на язык, как мои братья, сказал бы, что весь класс высыпал из домика за считанные секунды, словно клоуны из своей цирковой машины. Мы все рухнули на лужайку, притворно кашляя и истерично смеясь, очень гордясь новым рекордом, который мы сделали.

Я, возможно, придавала чрезмерное значение тому, как все славно, и часто использовала слово «здорово». Говорила с чувством, какой это плюс и как это «здорово» жить без долгов, даже не задумываясь о том, понимают ли эти дети в полном смысле, как уничтожают эти бесконечные счета, эти шокирующие выплаты на протяжении месяца, когда берешь деньги с одной кредитной карты, чтобы положить на другую. И вероятно, они думали, что я «полна дерьма», когда я говорила, как здорово жить без телевизора и холодильника «свобода от этого адского, постоянного гудения и дребезжания, зато сейчас я ночью могу слушать древесных лягушек …бла бла бла».

Если быть до конца честной, я бы призналась, что счастлива только 85 процентов времени, грубо говоря, 300 дней в году.

Другие дни, я могу желать, чтобы у меня дома был водопровод, или чтобы было теплее, или 72- дюймовую плазменный телевизор и достаточно места для того, чтобы пригласить моих друзей, и вместе посмотреть церемонию вручения Оскара.

Я могу желать смывающий туалет и бесконечное хранилище дешевого пива, и милый пирог (американский персонаж Кути-пай), играющий со мной в открытый Скрабл в гостиной. Я могу желать больше личного пространства и одиночества, а также добиться нового мусоровоза для города, чтобы в пятницу утром я бы не слушала гидравлический скрип и дребезжания от поднятия тяжелого груз. Я могла бы желать много вещей, но это совершенно не означает, что я нуждаюсь в них.

Вот голая правда: 15 % времени я ворчу, пока заливаю воду в домик, или дую губы, как мне не нравится ходить в прачечную и наблюдать в смотровое окошко сушилки за своим вертящимся нижним бельем. Я обычно жалуюсь из-за того, что тороплюсь в постель, где буду обдумывать свою жизнь или смотреть три или четыре эпизода «Звездный войн Галактика» на экране моего ноутбука.

Утром я встану на работу поздно, ругаясь, быстро сниму дождевые пижамные штаны, и побегу в офис, где буду проводить большую часть дня, пытаясь не слишком громко скрипеть и свистеть своими пластиковыми штанами, и надеясь, что все поверят, что я приехала, чтобы сделать что-то важное снаружи.

Это такие дни, которые больше напоминают мне мою прошлую жизнь в большом доме, в которой я действую и обвиняю так, словно мир должен мне больше. Или моменты, когда я несусь сквозь события, и ночью смотрю телевизор, а в конце недели я не могу вспомнить, действительно ли я позвонила маме или просто хотела этого.

Сейчас, чаще да, чем нет, вместо чувства злости на дождь, который превращает мои кости во влажную овсянку, я прихожу к своим друзьям домой, и они смешат меня и кормят теплым супом. Или в случае особенно ненавистных моментов связанных с моим компостным туалетом, я вспоминаю, как наблюдала за маленькими детьми в Гвадемале. Они закатывали брюки, чтобы пересечь топкую грязь, которая выливалась из школьной ванной комнаты, и я понимала, что мне не на что жаловаться. И как прозрение я вспомню, что счастлива иметь то, что я имею. И что я у меня нет больших прав, чем у этих детей, или их отцов, которых мы видели шагающими вдоль дороги на рассвете с мачете в руках. Они шли, чтобы целый день работать на полях.

«Мой дом достаточно теплый», это то, что в итоге я осознаю, когда засыпаю, свернувшись, словно мумия в своем спальном мешке, и позже я проснусь, и буду наблюдать, как бегут облака, открывая и закрывая луну, словно пленка кинофильма, в котором режиссер хочет, чтобы казалось, что время проходит очень быстро. Природа может быть и такой.

Я выбираю те 85 % успеха, начиная с сумасшедшего решения самой построить себе дом, и построить его на колесах, чтобы приезжать и уезжать, когда пожелаю. Кроме того, это было бы здорово, построить его самой, а также я облюбовала себе уже площадку в горах, с которой открывался потрясающий вид на долину.

Я выбрала этот путь, потому что думала, что могла бы быть счастлива в доме с одной комнатой без водопровода или холодильника. Я посчитала, что больше узнаю о себе, если возвращусь только к самому необходимому – жизни с двумя обеденными тарелками, тремя ложками, парой брюк, одним платьем и  мужским шерстяным бельем. И я подумала, что была бы счастлива, по крайней мере на время, живя в тени дома моих друзей Хью и Анни, в их старом саду, недалеко от аллеи.

Я думаю, что нашла что-то во всем этом, и получила больше, чем рассчитывала. Я открыла новый способ смотреть на небо, зимний дождь, соседей и себя; и различные способы проводить свое время. Наиболее важно то, что я столкнулась с новым видом счастья, которое не зависит о того, чтобы всегда получать то, что я хочу, а скорее от того, чтобы хотеть то, что у меня уже есть.

Этот вид счастья — это не сильная привязанность к комфорту (или к деньгам и имуществу), но связь с более глубоким чувством удовлетворения – с чувством смирения и благодарности, и лучшее понимание того, кто я  в своем сердце. Я знаю, что это звучит странно, словно какая-то абракадабра, как сказали мои друзья после появления их первого ребенка.

Но факты есть факты: я определенно нашла большее в своем маленьком доме – чувство великодушия, свободу и счастье, которое приходит, когда вы понимаете, что не существует места, которое было бы предпочтительнее.
Я нашла себя в Доме, и в нем (как я надеюсь сказать в следующее посещение четвероклассников) так здорово!

Конец 1 главы.

Продолжение:Юго-восточный государственный парк, часть 1

Поделиться:

Статьи по теме:

Что вы думаете?